Про политикуУлица

«Не было чувства праздника». Так полгода спустя объяснили разгон Первомая

В Петербурге в четверг прошло выездное заседание Совета по правам человека (СПЧ) при президенте — обсуждали разгон первомайского шествия. Дискуссии оппозиционеров, правоохранителей и правозащитников не получилось, свидетельствует корреспондент «Поребрик.Медиа».

То, что обсуждение разгона случилось спустя пять месяцев после самого разгона, СПЧ не смутило. Смутило бы их, если это было бы раньше: то стало бы вмешательством в выборы губернатора, пояснил член СПЧ, историк и телеведущий Николай Сванидзе (он модерировал заседание). «Теперь уже ждать не имеет смысла», — добавил он.

«Приветственное» слово взял вице-губернатор Владимир Кириллов — тот самый, который в своих полномочиях совмещает культуру и безопасность. Он передал собравшимся привет от своего непосредственного начальника и уточнил, что Александр Беглов не пришел на обсуждение разгона (в котором оппозиция его и обвиняет) по причине уважительной: участвует в заседании межведомственной рабочей группы посвященной летнему детскому отдыху.

Сам же Кириллов сказал, что разгона 1 мая 2019 года не было, были отдельные задержания. Смольный никогда не препятствует проведению в городе массовых акций, наоборот, помогает. Комитет по законности и правопорядку подготовил целых восемь специальных мест для митингов («гайд-парков»), и «в этом отношении у нас ситуация складывается таким образом, что мы идем навстречу». Еще Кириллов похвалился тем, что в городе насыщенная политическая жизнь, а в парламенте сразу несколько оппозиционных партий. «Задача правительства в том, чтобы советоваться с людьми» (кстати, «советоваться» — частый тезис публичных речей Беглова), вот и бюджет сформирован на основе советов жителей.

Позицию правозащитников выразила Наталья Евдокимова. Она напомнила, что свободу собраний члены СПЧ уже обсуждали с Александром Бегловым (тогда еще врио губернатора), и он «сказал, что надо что-то с этим делать». «Лучше не стало», на совещания правозащитников не звали, поэтому Правозащитный совет Петербурга и обратился к СПЧ, чтобы обсудить свободу собраний в Петербурге.

Обсуждение первомайского разгона по существу началось с просмотра видеоролика, который подготовил аппарат уполномоченного по правам человека в Петербурге Александра Шишлова (кстати, ролик смонтировали еще к его отчету перед ЗакСом, но тогда «по техническим причинам» он показан не был ).

Основные претензии правозащитников к действиям полиции и Росгвардии уже были озвучены многократно ранее. Во-первых, это предварительная цензура плакатов, которые заставляли разворачивать на проходе через рамки металлоискателей. Во-вторых, полиция все время задерживала движение оппозиционной колонны. В-третьих, мотивируя тем, что шествие выбилось из графика, правоохранители и стали разгонять демонстрацию, сказал Шишлов. «Слово «разгон», к сожалению, 1 мая пришло мне на ум сразу», — сказал омбудсмен.

Более пространно о разгоне акции рассказал автор доклада, который подготовили правозащитники, Владимир Костюшев. Он считает, что за решением применить силу против демонстрантов стоит лично губернатор Александр Беглов. К такому выводу, впрочем, правозащитник пришел методом дедукции:

«Комитет по законности отказался взять ответственность за разгон, полиция тоже. В нашем городе остается только один человек, который имеет право и полномочия принимать подобные решения — это первое лицо, губернатор, в тот момент — врио губернатора».

Само решение он сравнил с «Историей города Глупова», а значение разгона в будущей историографии сопоставил с Кровавым воскресеньем.

Поскольку позиция правозащитников была хорошо известна, особый интерес представляли объяснения представителей Смольного и полиции. Основная нагрузка в этом вопросе легла на заместителя председателя комитета по охране законности и правопорядку Виталия Черкашина (кстати, отсутствие начальника он объяснил «конституционным правом на отдых»). Он возложил вину за произошедшее на организаторов акции.

Черкашин признал, что была задержка шествия — ещё в самом начале — и поэтому организаторам сообщили, что время на шествие им продлили. От колонны требовалось просто идти, «но они продолжали стоять». «Шествие это когда простым человеческим шагом 4-5 км/ч идёт колонна. Однако этого не наблюдалось — каждые 3-5 метров колонна останавливалась. А за впереди идущей колонной шли еще две — и вот их права уже нарушались», — посетовал чиновник.

Ещё Черкашин сказал, что организаторам предлагали продолжать шествие, но «они самоустранились». И в этом момент заседания СПЧ не выдержал депутат ЗакСа Максим Резник, прокричал, что всё сказанное — «враньё от начала до конца». «Абсолютная ложь!» — поддержали его выкриком из зала. Но Черкашин продолжил: «Участники шествия так устали, что уже начали садиться по середине Невского проспекта на асфальт. И в что же время с площади Растрелли должна была двигаться колонна мотоциклистов». То есть, оппозиционеры им мешали. Организаторам предложили хотя бы уйти на Литейный, добавил Черкашин, но они не захотели. Пришлось их разогнать.

Зампреду комитета по законности задали несколько вопросов. Например, журналист Георгий Марков усомнился, что чиновник был именно в оппозиционной колонне, но Черкашин предложил ему свериться с видео: «Точно был». А на другой вопрос («Почему это произошло») ответ такой: «Я не буду ничего говорить, но сама изначальная ситуация, почему так произошла? У участников шествия в третьей колонне, как мне показалось, чувства праздника не было. Сразу была изначальная агрессия». Однако, сказал Черкашин, комитет приказа разогнать не давал.

«Я не буду ничего говорить, но сама изначальная ситуация, почему так произошла? У участников шествия в третьей колонне, как мне показалось, чувства праздника не было. Сразу была изначальная агрессия». Однако, сказал Черкашин, комитет приказа разогнать не давал.

С претензией в адрес демонстрантов выступил и и.о. начальника отдела по охране общественного порядка ГУ МВД по Петербургу и Ленобласти Дмитрий Седов. Он сказал, что пришедшие на Первомай преследовали разные цели, «в том числе и провокационные». На разгон пришлось пойти, потому что демонстранты никак не хотели идти дальше. Когда Седова спросили, кто же отдал приказ о задержаниях, Седов сообщил, что не может говорить об этом.

(В ходе выступления Седова не выдержал журналист Георгий Марков, который закричал «Сколько можно слушать эту ложь!»)

Ходом дискуссии оказался недоволен и начальник Главного управления Росгвардии по Петербургу и Ленинградской области Михаил Соболев:

«Можно как-то наладить это мероприятие? То что здесь творится, мягко говоря… Давайте будем в рамках приличий!»

Соболев добавил, что пришел на заседание один, без товарищей, что вызвало бурную реакцию публики. «Если вы хотите в таком тоне вести диалог…» — «Это вы в таком тоне ведете», — парировал Максим Резник, и Николай Сванидзе в очередной раз призвал всех к порядку.

По существу Соболев сказал, что «целиком и полностью поддерживает выступление представителя комитета по законности и правопорядку» — виноваты люди, которые стояли на Невском.

«Что мы будем делать, когда на Невском проспекте 40 минут стоят люди? Поэтому люди были выдавлены на тротуар, чтоб освободить проезжую часть», — пояснил главный росгвардеец Петербурга. Также Соболев решил «напомнить» события 2017 года, когда омоновец на Марсовом поле «получил нож в спину» (но есть нюанс: ударивший 12 июня 2017 года росгвардейца не был участником митинга). А Еще Соболев подчеркнул: задержаний Росгвардия не производила. А было за что: протестующие «в нашем культурном городе на глазах женщин и детей матерились».

После Соболева слово перешло заместителю прокурора Ивану Еремееву. У прокуратуры претензий к действиям сотрудников органов власти не нашлось, сказал он, хотя надзорное ведомство все поступившие жалобы проверило. Единственное, уточнил Еремеев, прокуратура не стала проверять жалобы на конкретных сотрудников полиции. Он сказал, что это должно делать начальство Росгвардии и полиции, из чего следует, что жаловаться на полицию надо в полицию.

Оставшиеся полтора часа выездного заседания СПЧ превратились в постоянные препирательства сторон, время от времени разбавляемые политическими выступлениями. Максим Резник, правда обогатил представление членов СПЧ о том как проходила демонстрация. Он припомнил «женщину в красном, которая известна как Гаранина», которая лично занималась цензурой плакатов: с критикой «Единой России» пропускали, с критикой Беглова — нет. «Так и говорилось: это не заявленная тема», — сказал Резник Во время акции Гаранина также пыталась остановить скандирование речёвок против врио губернатора.

«Действительно, когда было задержано несколько человек, в том числе, которые были потом признаны невиновными […] в колонне шло обсуждение странных задержаний по ходу процессии. Людей хватали, и никто ничего не объяснял. Естественно, что в какой-то момент это вызвало накал», — пояснил народный избранник.

Резник сказал, что организаторы просили выпустить задержанных, чтобы пойти дальше. Но их не отпустили, и люди продолжали стоять. Ну а в том, что приказ о разгоне отдал Беглов, Резник не сомневается.

По сути, многочасовое заседание закончилось ничем: все участники остались при своём, новых фактов ни одна из сторон не предъявила. Единственным итогом такой работы может стать вопрос президенту Владимиру Путина на его ежегодной встрече с членами совета — в декабре. По итогам встречи обычно формируется список поручений (формируется и публикуется к февралю), в который может быть включено что-то по итогам разгона 1 мая 2019 года. А там и новый не за горами.

Новый Первомай.

Будем вместе

Сеть SMI2

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: