О высоком

«Вживаться — слишком психиатрическое слово». Умер Сергей Юрский

В Москве скончался народный артист РСФСР Сергей Юрский. Об этом в пятницу сообщила пресс-служба Театра имени Моссовета, где последние 40 лет служил артист.

Сергей Юрский родился в Ленинграде. В 1955 году окончил Ленинградский театральный институт, с 1957 года состоял в труппе БДТ.

Именно с Большим драматическим театром связан взлет популярности Юрского, он был одним из ведущих катеров труппы Георгия Товстоногова. Здесь же он дебютировал и как режиссер — в 1974 году поставил «Мольера» по Булгакову.

В 1978 году актер переехал в Москву и поступил в театр Моссовета, где проработал до самой смерти. После распада СССР Юрский также играл и ставил спектакли в театре «Школа современной пьесы».

В кино актер сыграл десятки ролей. Наиболее известные работы — в картинах. «Королев», «Выбор цели», «Республика ШКИД», «Ищите женщину», «Любовь и голуби», «Золотой теленок».

Избранные цитаты

«Никто из русских актеров не сделал карьеру в Голливуде. Дело не в профессионализме вовсе. Мы им абсолютно чужие, и они — нам. Есть протестанты, католики, есть разные вариации их, есть поляки-славяне, греки-православные — и всё это Европа. А Россия — она отдельно».

«Я полагаю, что театр абсурда имеет совершенно законное существование среди других театров. У абсурда свои законы, гораздо более чёткие, чем искусство жизнеподобного. Потому что и то, и другое исследует жизнь. В абсурде совсем другие законы, гораздо более плотные, но они гораздо более математичны. Они точности требуют».

«Вживаться — это слишком психиатрическое слово. Михаил Чехов говорил, что вжиться можно до сумасшествия…»

«То, что называется импровизацией, это полное ощущение, что костяк сохраняется, а меняется только поворот глаза. Интонация сделана. Потому что если всё заново каждый раз, это не импровизация. Это просто бесформенность».

«Две профессии казались мне возбуждающими — следователь и шпион. Шпион — это человек, который притворяется, но притворяется идеально. Следователь — это тот, кто видит шпиона насквозь и различает подлинное и сыгранное».

«С возрастом начинает казаться, что мир вокруг становится хуже. Даже при внешних признаках благополучия. А мы, дескать, всё те же! За это подымают кубки, кружки, рюмки старые друзья – мы неизменны, мы еще крепки. Это мужество. Есть и другое мироощущение. Само собой, что мир меняется, но меняюсь и я, и мы уже не те. Мало того, мы и не должны быть «теми» – приходит время. Болезни старения – производное от накопившейся горечи души. Горечь не надо показывать – не деликатно. А чтобы не дать ей излиться, подсознательно и сознательно строятся перегородки. Общение затрудняется. Это тоже мужество».

«Но если у большинства из нас внутри сложный клубок нитей, то Раневская была соткана из морских канатов. Великолепно крупна и красива ее сложность. И от крупности все противоречия ее личности воспринимались как гармоническая цельность».

«Главное — самодисциплина: дисциплина мытья посуды, выбрасывания мусора, работы, мысли».

«Петербург не только северная земля и гений итальянских и русских архитекторов, – это люди, которые умели жить в нем и вместить в себя достоинство, трагичность и величие этого города».

Показать

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: